(no subject)

"коль скоро мы читаем о чуме, то вспомним о том, что и у неё бывали трудности. Есть версия, что первая популяция чумной палочки произошла от кишечных бактерий Yersinia pseudotuberculosis, почти безобидных. Для такого поворота событий понадобилось ни много ни мало Сартанское оледенение, которое привнесло изменения в уклад жизни сразу трёх действующих лиц.
Надо сказать, Y. pseudotuberculosis не была слишком теплолюбивой, только зимой она обитала в кишечнике теплокровных монгольских сурков. Потому что температура в зимующих сурках — примерно как в холодильнике. А на лето бактерия перебиралась в промежуточного хозяина, блоху Oropsylla silantiewi, жителя сурковых гнёзд. Та в свою очередь тоже шебуршалась в основном в гнездовой подстилке и ходила к сурку только на обед. Однако неласковый климат позднего плейстоцена подтолкнул несчастную блоху к постоянному пребыванию в сурочьей шёрстке. Мы с вами тоже недавно имели удовольствие почувствовать разницу между пятью градусами тепла и десятью градусами мороза. Так вот, предполагается, что блошке уютнее всего было поближе к мордочке сурка — всё же он выдыхает иногда тёплый воздух. Тут уж нехитрым образом она оказывалась в ротовой полости, а мы помним, что в себе она носит кое-что очень важное — псевдотуберкулёзную палочку, которая должна попасть в пищеварительную систему тарбагана. Раньше ей это удавалось благодаря особенностям норостроения тарбагана. Скажем так, сурок не очень приучен мыть лапки, а во время строительства на них налипает много всякого. Главное, что путь бактерии к кишечнику и из кишечника был в такой ситуации бескровным. А теперь она попадает куда? В кровоток. Потому что бедному сурку озверевшие блохи искусали всю слизистую рта, и потому что во время зимовки у него не очень хороши дела со свертываемостью крови.
И вот тут-то почти безобидная кишечная бактерия оказывается в очень неприятной ситуации. Пребывающий в спячке грызун время от времени просыпается, повышая температуру своего тела с 5 градусов тепла до 37 градусов жары. Да и иммунная система у него в моменты пробуждения начинает работать более исправно. Мы получаем изолированную популяцию кишечных бактерий, запертых в кровеносной системе в условиях резких перепадов температуры и периодически усиливающихся атак фагоцитов. И тогда в дело вступает беспощадная внутривидовая конкуренция. Те иерсинии, которые смогли там выжить, никогда уже не станут прежними"

те двуногие, которые весь год жрали антибиотики горстями "для профилактики вируса", будут через некоторое врямя возмущацца бессилием медицины, почему это их друзья и родственнеги умирают от какой-нть ранее незаметной бактерии и почему с этим нельзя ничего сделать