norian | Призрачная лёгкость бытия 23

Они лежали в темноте, держась за руки. В городе было тихо, только изредка проезжали под окнами машины. Время от времени Уматов погружался в сон и сразу просыпался, оттого что Кира затаивала дыхание - во сне он сильно стискивал ее руку.
- Ты, наверное, очень хочешь спать, - сказала Кира шепотом. - Ты спи.
- Нет-нет, рассказывай, я слушаю.
- Ты все время засыпаешь.
- Я все равно слушаю. Я, правда, очень устал, но еще больше я соскучился по тебе. Мне жалко спать. Ты рассказывай, мне очень интересно.

Она благодарно потерлась носом о его плечо и поцеловала в щеку и снова стала рассказывать, как ей звонила подружка, рассказывала про новый набор косметики, им тоже обязательно надо будет купить такой набор, он просто супер, и сделать евроремонт, сейчас так модно евроремонт и итальянскую кухню.
Да, думал Уматов, здесь оставаться ей ни в коем случае нельзя. Если с ней хоть что-нибудь случится... Он представил себе, что с ней случилось плохое, и сделался весь как каменный.
- Ты спишь? - спросила Кира.
Он очнулся и разжал ладонь.
- Нет-нет... А еще что ты делала?
- А еще я прибрала твои комнаты. Ужасный у тебя все-таки бардак. Я нашла одну книгу, почитала. Там про то, как благородный принц полюбил прекрасную, но дикую девушку на необитаемом острове. Она была совсем дикая и думала, что он бог, и все-таки очень любила его. Потом их разлучили, и она умерла от горя.
- Это замечательная книга, - сказал Уматов.
- Мне очень понравилось. Мне все время казалось, что это как про нас с тобой.
- Да, это про нас с тобой. И вообще про всех людей, которые любят друг друга. Только нас не разлучат.
Безопаснее всего было бы ей улететь, подумал он. Но как ты там будешь без меня? И как я здесь буду один? Можно было бы попросить друзей, чтобы помогли тебе там. Но как я буду здесь без тебя? Нет, домой мы полетим вместе. Я сам поведу корабль, а ты будешь сидеть рядом, и я буду все тебе объяснять. Чтобы ты ничего не боялась. Чтобы ты сразу полюбила дом. Чтобы ты никогда не жалела о своей страшной родине. Потому что эта не твоя родина. Потому что твоя родина отвергла тебя. Потому что ты родилась на тысячу лет раньше своего срока. Добрая, верная, самоотверженная, бескорыстная... Такие, как ты, рождались во все эпохи кровавой истории наших планет. Ясные, чистые души, не знающие ненависти, не приемлющие жестокость. Жертвы. Бесполезные жертвы. Гораздо более бесполезные, чем Гур или Галилей. Потому что такие, как ты, даже не борцы. Чтобы быть борцом, нужно уметь ненавидеть, а как раз этого вы не умеете. Так же, как и мы теперь...
Уматов опять задремал и сейчас же увидел Киру, как она стоит на краю плоской крыши с дегравом на поясе, и веселая насмешливая девушка-инструктор нетерпеливо подталкивает ее к километровой пропасти.
- Расскажи мне что-нибудь хорошее, - сказала Кира.
- Хорошо, - сказал он. - Сейчас я буду говорить, а ты меня внимательно слушай. Далеко-далеко за лесами стоит неприступный замок. В нем живет веселый, добрый и смешной губернатор Памкин, самый добрый барон из баронов. У него есть жена, красивая, ласковая женщина, которая очень любит его трезвого и терпеть не может пьяного...
Он замолчал прислушиваясь. Он услышал, как у дома остановилось несколько машин, захлопали дверцы. "Здесь, что ли?" - спросил грубый голос. "Вроде здесь..." - ответил ему гнусавый.
По лестнице загремели тяжёлые ботинки, и сейчас же несколько прикладов обрушились на стальную дверь.
Кира, вздрогнув, прижалась к Румате.
- Подожди, маленькая, - сказал он, откидывая одеяло.
- Это за мной, - сказала Кира шепотом. - Я так и знала!
Он с трудом освободился из рук Киры и вышел в прихожую. "Открывай! - ревели за дверью. - Взломаем - хуже будет!" Уматов включил монитор. Перед дверью столпились люди в черной одежде, чёрных масках и капюшонах. Он несколько секунд смотрел на экран, потом осмотрел дверь. От ударов со стен сыпалась штукатурка, но дверь держалась. Уматов нашарил рукоятку пистолета и выстрелил в потолок. Удары и крики стихли.
- Эй, вы! - рявкнул он. - Вам что, жить надоело?
- И ведь всегда они напутают, - негромко сказали за дверью. - Хозяин-то дома...
- А нам что за дело?
- А то дело, что он перебьёт всех и как звать не спросит.
- А наружка говорила, что уехал и до утра не вернется.
- Испугались?
- Мы-то не испугались, а только про него ничего не велено. Убъём, а с нас спросят...
- Свяжем. Покалечим и свяжем! Эй, где там взрывники?
- Как бы он нас не покалечил...
- Ничего, не покалечит. Сказано: у него обет такой - не убивать.
- Перебью как собак, - сказал Уматов в интерком страшным голосом.
За дверью совещались шёпотом, потом затрещала рация - запрашивали ценные указания. Потом ботинки затопали вниз, захлопали дверцы под окном и всё стихло.
Уматов выключил монитор и вернулся в спальню. Кира забилась в угол дивана и прислушивалась.
- Всё хорошо, маленькая. Они ушли.
Он подошёл к столу и начал собирать вещи.
- Нам надо уехать отсюда. Совсем уехать, понимаешь ? Сначала мы поедем к барону Памкину, он очень добрый, хоть и барон, у него замечательная жена, мы погостим у него немного, потом улетим далеко-далеко ..
- Дурак ты, Уматов, - сказала Кира. - Кто же отсюда насовсем уезжает? Наоборот, все мечтают жить здесь, а в провинции грязь и скукотища. Давай лучше махнём на море, на пару недель, в хороший отельчик, а?